Если вы считаете сайт интересным, можете отблагодарить автора за его создание и поддержку на протяжении 18 лет.

 


«КАЖДОМУ-СВОЕ»
(A ciascuno il suo)

Италия, 1967, 99 мин., «Cemo Film»
Режиссер и сценарист Элио Петри по Леонардо Сасиа
В ролях Ирен Папас, Джан Мария Волонте, Габриэль Ферцетти, Луиджи Пистилли, Лаура Нуччи, Леопольдо Триесте

Из журнала «Искусство кино». Кровавый террор мафии-сицилийской тайной организации, невидимыми нитями связанной с правящей христианско-демократической партией и заокеанским преступным миром-до сих пор остается одной из язв итальянской политической и социальной жизни. Прогрессивные мастера итальянского кино постоянно обращаются к этой теме, разоблачая преступную деятельность мафии и ее далеко идущие связи. Фильм Элио Петри «Каждому свое»-новое обращение к этой теме. Экранизируя одноименную повесть сицилийского писателя Леонардо Шаши, режиссер пошел своим путем, решил не повторять ее в точности на экране и вообще, по-видимому, пытался избежать повторения всего, что уже говорилось в кино и в литературе о мафии. Достоинства фильма Петри не ограничиваются его направленностью, темой, содержанием. Это зрелое реалистическое произведение, кинематографически добротное, с определенным стилем, четким ритмом, тонкой игрой удачно подобранных актеров. Это относится и к исполнителям главных ролей-Джану Марии Волонте, Габриэле Ферцетти, греческой актрисе Ирен Папас-и к актерам, появляющимся в эпизодах. И, однако, при всем благородстве намерений режиссера в фильме преобладает элемент занимательности, зрелищности, а элемент социального и политического исследования, столь необходимый, коль скоро речь идет о мафии, отошел на второй план. По жанру фильм определяют как «социальный детектив». Однако, в отличие от повести Шаши, детективная и любовная интриги доминируют в нем над социальными мотивами-недаром, говоря о фильме Петри, некоторые рецензенты вспоминают Альфреда Хичкока. Впрочем, как бы ни судить о фильме Петри и о том, в какой мере автору удалось осуществить свои намерения, это произведение вносит в классическую форму «полицейского фильма» чисто итальянские черты, и этот «детектив по-итальянски»-реалистический и социальный-не пытается увести зрителя от животрепещущих проблем современности.
Определяя жанр фильма, поставленного молодым режиссером Элио Петри, печать называет его социально-психологическим детективом. В основу сценария, созданного Петри вместе с кинодраматургом Уго Пирро, положена одноименная повесть сицилийского писателя Леонардо Шаши, знакомая советскому читателю. В этом произведении, разоблачающем преступления сицилийской мафии и ее связи с клерикальными кругами, рассказывается о загадочном двойном убийстве, нарушившем сонную жизнь провинциального южного городка. Роль добровольного детектива берет на себя местный учитель. Постепенно распутывая сложный клубок обстоятельств, связанных с преступлением, он выясняет, что оно совершено в политических целях. Нити ведут к приходскому священнику и выше-к архиепископу и его племяннику-крупному адвокату, опасавшемуся разоблачения своих неблаговидных махинаций. Однако, не разобравшись до конца и не распознав еще одного соучастника преступления-женщину, которую он даже не подозревает и которой увлекается, учитель сам попадает в расставленную ему ловушку. Правдиво показав, вслед за автором повести, сицилийскую действительность, Петри усилил детективный элемент и создал фильм, который кое-кто из рецензентов сравнивает с лентами Альфреда Хичкока. Успех фильма, как считают рецензенты, во многом определило мастерство исполнителей, особенно известного актера Джана Марии Волонте, играющего центральную роль. Однако в хоре похвал звучат и критические голоса. Так, критик журнала «Вие нуове» Антонелло Тромбадори считает, что фильм Петри не имеет ничего общего с повестью Шаши. По его мнению, в фильме одержала верх чисто сюжетная сторона, режиссер просто воспользовался закрученным сюжетом, чтобы поставить в высшей степени «кинематографический» фильм в духе американских лент 30-х годов. «Если Петри действительно хотел показать социальные болезни Сицилии, то ему незачем было прибегать к экранизации подобного рода-он мог приблизить съемочную камеру не к страницам книги, а к самой сицилийской жизни».